Прошение о гуманитарном убежище


Уважаемые товарищи в дружеских посольствах каких-нибудь дружественных стран. Не обижайтесь, пожалуйста, что пишу сразу в несколько разных экземпляров, но уже мне просто невмоготу и без разницы. Здесь, у нас, у женщин, как бывает при разводе с плохим мужем: неважно, к кому уйти, главное – от кого. Так вот я, Элеонора Полупупикова, хочу уйти от своей страны, грубо говоря, развестись с ней, так как она меня не любит.

Сужу я по многим накопившимся с годами первичным и вторичным признакам. К первичным, уважаемые послы, можно отнести мое детство. Дело в том, что в детстве я была прыщавая, а значит, многие дороги были мне закрыты. Например, меня не пускали в приличные компании, где собирались приятные подростки, особенно один приятный подросток, в которого я была влюблена с третьего по девятый классы. Звали его Костя, и он был очень славный, но тоже дразнил меня «прыщом подфуфаечным». Я, конечно, плакала украдкой, но злобу на страну затаила уже тогда. Почему наша доблестная медицина не могла справиться с моими недостатками?! Это первая несправедливость. А может быть, я бы сейчас была замужем за этим Костей, а он сейчас очень хорошо развился в крупного бизнесмена. Не то, что мой «обморок», совершенно не по праву называемый мужем. Какой он муж? Так, пожиратель продуктов и телепередач.

Вторая несправедливость наступила, когда я не поступила в институт. Ну и что, что я не знаю интегралов и котангенсов? Разве я не могу, как моя соседка Люся, которая якобы их знает, просиживать в конторе перед компьютером, раскладывать пасьянсы и краситься ежеминутно? Она рассказывала, что за пять лет в институте так и не поняла, что они там изучали. И она говорит, что на работе это и не надо. «Я же не ученый, а просто красивая женщина, – говорит Люся, – а даже самая красивая женщина может подставлять циферки в таблички». Я тоже хочу такую работу, где зарплата, как три мои. И пусть прыщи у меня до сих пор есть, но с циферками я бы справилась, будучи и не очень красивой. Но меня на такие работы не берут, а на собеседованиях делают вид, что их и вправду интересует, знаю ли я интегралы. Зачем врут? Другое дело, что с прыщавыми не хотят связываться, так бы и сказали. Но они увиливают, и это второй минус нашему государству – за лживость. Не думаю, что в ваших глубокоразвитых странах, дорогие послы, существует такая дискриминация по дерматологическому признаку, поэтому и хочу к вам.

В-третьих, меня совершенно не устраивает политика нашего государства по части вырубки зеленых насаждений. Я уж не говорю про бедную тайгу, где, наверное, уже не осталось нетронутых варварской рукой участков, вы хотя бы посмотрите на наш двор. Стоял здесь тополь, шикарный такой, до пятого этажа. И что государство сделало? Срубили под самый корешок, хотя это и не новогодняя елочка. Кому он мешал? Он же не стоял на проезжей части, как какой-нибудь столб, да и детишки радовались, лазая на него, хоть и падали иногда. Но это ведь детство, пусть иногда падают. А теперь, после срубки, чему будут радоваться детишки? На ржавые качели карабкаться? Знали бы вы, как скрипят эти качели! Ни спать, ни телевизор смотреть невозможно! Сплошной визг! А когда я прочитала в газете, что в тайге вырубаются целые миллионы гектаров, я с ужасом представила, что там везде будут стоять качели вместо елочек, и по ним будут скрипеть детишки! Какое плачевное зрелище! Представьте, дорогие послы, как я должна жить после такого в своей стране. В постоянных слезах, не иначе.

Ну а мой муж – это отдельная и очень грустная история. Это просто жлоб. И дело опять в государстве. А кто еще должен был его воспитывать, не считая родителей? Но родители – алкаши, с них взятки гладки. Остается наша родина, которая, увы, способствовала тому, чтобы мой муж вместо саморазвития и совершенства пришел к запойному пьянству и алкоголизму. Вот скажите мне, уважаемые послы, у вас в Европе или даже Азии собираются по трое? Есть у вас такие выражения, как «пивка для рывка» или «будем»? Вот объясните мне, что они имеют в виду, говоря «будем»? Кем они будут-то? Как были алкашами, так и будут. А когда я попыталась в духе демократии и свободы волеизъявления сказать ему об этом, то он мне так засветил, что я еще недели две, наверное, не появлюсь в ваших посольствах, вы уж подождите. И что сделало в ответ государство? Засветило ли оно ему сдачу? Ничего. Проходивший мимо участковый сказал, что это наше внутреннее дело, а вовсе не государственное. Как так? А я что ли не гражданка великой державы? Почему это мне можно фингалы среди бела дня ставить? Не по-европейски это как-то. Я за это, что ли, голосовала, когда избирала правительство?

Таким образом, уважаемые послы, складывается печальная картина на всех фронтах. Тюкают буквально на каждом шагу, как в инквизиции какой-то. А у вас-то, я думаю, все не так: и деревья зеленеют, и качели не скрипят, и мужья не «будут», да и работа, я слышала, гораздо выше оплачивается, невзирая на дерматологию. А я многое умею, чего европейки, судя по кино, не умеют – например, борщ варить. Ни разу ни в одном кино не видела, чтобы там всякие леди варили борщи. Так что я буду выгодной женой любому европейцу с аппетитом, а также верной подданной любому приютившему меня государству.

С нетерпением буду ждать положительного ответа хоть от кого из вас, уважаемые послы. Хочется пожить вволю. Если нельзя предоставить политическое убежище, то предоставьте хотя бы какое-нибудь гуманитарное. Возьмите меня!

С уважением,
Элеонора ПОЛУПУПИКОВА.

Слушайте

Случайный афоризм

Геннадий Аминов